Good Girl Gone Bad Extreme By Kilian

Большинство описывает густой молочно-персиковый десерт: тубероза, жасмин, османтус и нарцисс тонут в карамели, тоффи и молоке, а многие сравнивают базу с молочным улуном. Часть рада, что табачной резкости оригинала почти нет, звучит лишь отголосок — «персики в молоке, тубероза и сигарета»; другие ловят табачную затхлость или сигаретный дым и разочаровываются. Есть претензии к сладости: одни пишут, что «Эта сладкая нота тофи тут не особо к месту», другие называют персик синтетическим и приторным.

Оценки расходятся кардинально. Одни жалуются, что аромат «фонит нещадно целый день, хочешь смыть-не смоешь»; другие говорят, что на морозе «шлейф километровый». Но есть и обратные мнения: кто-то не слышит аромат уже через два-три часа, а один из авторов признаёт, что «не шлейфит» вовсе и не получает ни одного комплимента, хотя классика притягивала внимание сразу. Единой цифры стойкости в отзывах нет.

По сезону единого мнения нет: часть пишет про весну и лето, часть — что аромат раскрывается только в холода, кто-то полюбил его осенью. Многие видят в нём вечерний, интимный вариант для важного случая, но встречаются и те, кто носит его днём. Образ описывают как женственный и сексуальный, местами приторно-инфантильный; отдельные авторы замечают, что мужчины реагируют охотнее женщин, а кому-то аромат добавляет возраста.

Берите, если хочется сладкого молочно-персикового десерта без табачной жёсткости оригинала и вы готовы мириться с непредсказуемой стойкостью — кто-то в полном восторге: «Божественный аромат!». Проходите мимо, если раздражают приторные гурманские базы, тоффи и карамель кажутся навязчивыми, а сигаретный отголосок оригинала для вас принципиален.