Rose Barbare Guerlain

Роза во главе — но «не очень натуралистичная, скорее это воспоминание о розе», «скульптура розы, сделанная из бронзы». Почерк Франсиса Куркджана многие узнают по «металлической розе»: холодные альдегиды на старте, тёплый мёд, пажитник и «хруст сухих пачулей» на шипровой подложке. Для одних это «роза из золота, припылённая золотой пылью» и «конфеты Барбариски — кисло-сладкие, заводные». Для других всплывает «бабушкин сундук», «розовое мыло из детства» и «тяжёлый крем эпохи пост-СССР». Про «варварское» почти все пишут, что это «только название и маркетинг».

Большинство хвалит: «стойкость под 12 часов», аромат «стойкий, шлейфовый», а у кого-то «колкое альдегидное шлейфище флиртует с окружающим миром аж двое суток». Есть и обратные голоса — «сладковатая медовая розочка, которая слетает через пару часов», «аромат нестойкий». Не раз отмечают лотерею партий: «покупала два флакона, первый — красота, второй — розы нет вообще».

Чаще всего это вечер и особый случай: «на особый случай, вечерний аромат», настроение «нацепить крупные украшения, завернуться в бархат… и в Канны на красную дорожку». Многие видят его осенью и зимой, «когда холодно, грустно и хочется тепла», хотя часть носов уверяет, что «летом» роза раскрывается интереснее. Преимущественно женский, реже — мультигендерный.

Берите, если любите косметическую шипровую розу с мёдом и пачулями и почерк Куркджана. Проходите мимо, если ждёте живой натуральной или по-настоящему «дикой» розы, не переносите связку «альдегиды с мёдом» — для кого-то это «просто невыносимо» — или боитесь ретро-ноты «бабушкиного сундука».