Luban Max Philip

Разговор крутится вокруг сходства с ладанно-ландышевым нишевым эталоном: «Очень похож на Existence», «Хорош, как клон!». Придирчивые уточняют, что совпадение не полное: не хватает бархатистости, розы почти не слышно, зато база чище и холоднее, без кислинки прародителя. Кто-то слышит другую родню — облегчённую версию известного розово-ладанного парфюма, который тяжело носить каждый день. Сам рисунок — ладан и олибанум с альдегидами, ландыш, смолистый лабданум и бензоин, мыльная чистота в финале: «усаживается он мыльностью, особо не шлейфит, не колкий, округлый». Первая ассоциация у многих церковная: аромат «уносит в церковь, прям на службу». Есть и отторжение: одному носу здесь слышится старое дерево, сгнившее от сырости.

Громкости не ждут: «Шлейфа километрового не ждите, но он очень цепкий, особенно на одежде и волосах». Цифра звучит одна, зато уверенная — «12 часов слышу на одежде». На себе он сидит ближе и тише, но исполнение хвалят: убойной дозы современной химии не слышат, хотя признают, что без неё такой стойкости не бывает.

Про сезон говорят мало: склад ладанно-смолистый и тёплый, а один из авторов ждёт, что зимой раскрытие пойдёт иначе. Это не аромат на каждый день: его зовут специфическим, с торжественной, почти храмовой интонацией. Гендер не обсуждают: ладан с ландышем и мыльной чистотой читается как унисекс.

Берите, если любите ладан с альдегидной чистотой, ищете более лёгкую и носибельную альтернативу тяжёлым нишевым смолам и цените стойкость на одежде. Проходите мимо, если ждёте розу в полный голос или громкий шлейф, а также если вам уже не пошли другие ароматы этой марки: критики говорят об общей тяжёлой ноте.