Solar Max Philip

Портрет складывается из двух половин. Первая — солнечная альдегидно-цитрусовая: засахаренный апельсин с кислинкой, апельсиновый цвет, много воздуха, а в базе белый мускус с янтарной амброй; ладан так деликатен, что его принимают даже нелюбители. Вторая половина — мыльная: «Так пахли мыльные пузыри из моего детства», прачечная и постельное бельё; у некоторых на старте проскакивает рассольность, которая быстро уходит. Хвалят дорогую сдержанность: «без выкриков, но очень деликатно и ровно». Его сравнивают с известными мускусно-солнечными хитами и зовут более акварельной, носибельной версией шлейфового прародителя. Критика есть: кому-то он просто милый, не больше, а у части носителей ненадолго вылезает нечистая животная грань.

Здесь разброс самый широкий. Одни получают облако: диффузия «не для закрытых пространств», а на прогулке «все свернут головы от приятного шлейфа». Другие слышат его вплотную: в плюс шестнадцать при высокой влажности он «сидит тихо, интимно и весьма не долго». Средняя оценка — часа два яркого звучания, «потом деликатно о себе напоминает». Сходятся в одном: он никого не задушит, но переборщить с пшиками легко.

Главный сезон — лето, включая настоящую жару, и особенно ветреная погода, когда воздушность работает лучше всего. Называют также весну, осень и тёплые вечера, а в мороз его не представляет никто. Повод — прогулка, город, работа: не душит и не надоедает за день. По полу это унисекс, ограничений ему не ставят.

Берите, если любите солнечные альдегидные цитрусы с мягким мускусом и ищете вещь на каждый жаркий день. Проходите мимо, если мыло и запах чистого белья вам не близки: их слышит заметная часть носов.