Khôl de Bahreïn Stéphane Humbert Lucas 777

Ядро аромата — густая сладкая амбра со смолами, перуанским бальзамом, пудровым ирисом и засахаренной фиалкой; розы в пирамиде нет, но многие «слышат» и её. Поклонники зовут его «уютной наркотической амброй, укутанной пушистым мускусным одеялом из фиалок», «восточным десертом из ириса, амбры и перу-бальзама», «дорогущей пудрой». Часто всплывают неожиданные ассоциации: «новые игрушки в Детском мире», «свежезаточенные кохиноровские карандаши», «пакет с кедровыми орешками», болгарские духи «Сигнатюр», даже «запах бани и замоченных берёзовых веников». Критики слышат иное: «медицинское и резиновое», «резиновые пупсы, посыпанные ванилью», «нафталин», «чернила для ручки», а вместо ириса — «горькую фиалку и морковку».

Здесь единодушие: стойкость феноменальная — «держится на коже более суток даже после душа», «5/5», один пшик — и «куртку можно назвать Бахрейн». Шлейф плотный и обволакивающий, «заполняет пространство», хотя часть носителей отмечает, что аромат сидит близко к коже. Дозировку советуют беречь: даже полпшика способны «поддушивать» через пару часов.

Лучше всего раскрывается в тепле и жаре — «пробуйте его в жарком климате», в разогретой комнате он «расплавляется красотой». Зимой звучит «солидно, веско», но на морозе бывает «резковато». Аромат не на каждый день, для особых случаев и неспешного офиса. Формально унисекс, но многие мужчины и женщины воспринимают его как «однозначно женский».

Берите, если любите густую амбру, смолы и пудровый ирис в духе Amouage Ubar, Montale Red Aoud или Serge Lutens. Проходите мимо, если вас отталкивает плотный смолисто-резиновый шлейф, «морковный» ирис или моно-амбра «густая как сироп». Почти все советуют одно: не покупать вслепую — аромат слишком специфический.