Panthea Stéphane Humbert Lucas 777

Стартует сочная цитрусовость («красивое цитрусовое начало сочное и приятное», «солируют цитрусовые»), которая быстро усаживается на нежную ирисово-фиалковую пудру с мускусом. Поклонники называют его ароматом «тихой роскоши», «звенящим, чётким ароматом роскоши», «цитрусово-ирисовой пудрой» — «роскошный, больше нечего добавить». Многие подчёркивают цельность и абстрактность: «не раскладываемый на ноты, цельный и очень чистый, кристальный, хрустальный». Часть чувствует в базе бобы тонка, табак и сандал, уводящие в юнисекс. Критики же слышат «мыло», порой «хозяйственное», и «бронебойную очень ретро-дамскую пудру»: «мускусы в главных ролях, т.е. для меня — мыло», «вместо нежности только ноты ретро, пудры и чего то еще противного».

Стойкость дружно называют высокой: «на мне держится уверенно часов 7», «сутки на платке держался без изменений», «стойкий и шлейф нескончаемый». Шлейф мощный и диффузный — «заполняет собой пространство вокруг от одного пшика», хватает одного распыления в офисе, на улицу — два. У тех, кому аромат «не свой», диффузность оборачивается минусом: «сумасшедшая стойкость и диффузность», «я задыхааааюсь».

Мнения о сезоне расходятся. Многие зовут его зимним: «с ней нужно дружить в холод», «она любит первый снег и мороз», «весна, лето, осень — точно не её время». Другие носят весной и летом: «на лето и весну самое то», «аромат ранней, прохладной весны или дождливого летнего дня». Чаще воспринимается как женский и статусный — «абсолютно женский», «настоящая женственность во флаконе», хотя часть слышит уклон «больше М чем Ж».

Берите, если любите пудрово-цветочную «тихую роскошь», ирис и фиалку, аромат «дорого-богато» и «ароматной тишины». Проходите мимо, если не переносите мыльно-мускусную базу, «очень специфическую ретро-пудру» или боитесь, что окружающие скажут, что пахнет «очень взрослой женщиной».